...Когда я собирался в Рим, то наскоро выстриг в одном из нескольких у меня имеющихся изданий Библии последнюю страничку из евангелиста Иоанна и заложил в бумажник. «Ведь, вот что я еду смотреть, и проверить, и обдумать». На этой последней страничке рассказывается о последнем явлении Иисуса ученикам Своим при Тивериадском озере.

В наших учебниках в тенденциозных целях эта страничка, — последняя, заветная,— комкается. Удивительно неуважение к факту, к букве Евангелия. Наши «Иловайские» решительно и мужественно урезывают, вырезывают, распространяют таинственную книгу, с непременным требованием, чтобы и все «резали по нашему, а не по своему, а то выйдет сектантство»,не замечая, что их собственный метод частичного, а не целого истолкования Евангелия и есть, именно, давно и везде сектантство. Но возвращусь к страничке. На ней с подробностями, не оставляющими сомнения в факте и событии, рассказывается о третьем и последнем явлении Христа ученикам своим и завещательном Его слове к Петру. Вслушаемся в последнее: какой тон! Иисус говорит Симону Петру: «Симон Ионин, любишь ли ты Меня более, чем они?» Петр говорит Ему: «Так, Господи, Ты знаешь, что я люблю Тебя». Иисус говорит ему: «Паси агнцев Моих». Еще говорит ему другой раз: «Симон Ионин, любишь ли ты Меня?»
Петр говорит Ему: «Так Господи, Ты знаешь, что я люблю Тебя». Иисус говорит ему: «Паси овец Моих». Говорит ему в третий раз: «Симон Ионин, любишь ли ты Меня!» Петр опечалился, что в третий раз спросил его: Любишь ли Меня, — и сказал Ему: «Господи, Ты все знаешь. Ты знаешь, что я люблю Тебя». Иисус говорит ему: «Паси овец Моих. Истинно, истинно говорю тебе, когда ты был молод, то препоясывался сам и ходил куда хотел; а когда состаришься, то прострешь руки твои, и другой препояшет тебя и поведет, куда не хочешь».
Сказал же это, давая разуметь, какою смертью Петр прославит Бога. И, сказав сие, говорит ему: «Иди за Мною».

И все так совершилось как предрек Иисус. Возвратившийся было уже к рыбной ловле после смерти Спасителя, едва ли что знавший о Риме, ничего не подозревавший о его географическом и политическом значении,— Петр теперь спешит в Рим и здесь умирает подобно Спасителю на Кресте. И вот на этом втором кресте, уже Петра, воздвигается Латеран, Ватикан, Храм св. Петра. Все папство, как следствие в теореме, уже давно в этом троекратном: «Паси овец Моих, агнцев Моих, паси овец Моих». Милоть брошенная Елисею Илиею! Никогда и ничего наши богословы не ум ли разъяснить об этих словах, твердя с упорством пустые слова: «все апостолы были равны, между ними различия во власти и достоинстве не было, никто не выделялся, все были вместе двенадцать, и посему все епископы равны, и римский — равен калужскому». Да в самом деле, зачем бы уж говорить: что по принципу апостольского равенства папа не выше цареградского и московского «епископов», когда можно и следует прямо сказать, что он есть то же что калужский или костромской архиерей. Как эти рассуждения претят русской честности. Ну, скажи: «Не понимаю». Скажи: «Вижу, но не хочу согласиться». И ведь пишущие диссертацийки на эту тему хорошо, например, знают, что цареградский патриарх именовался (и кажется именуется) «общий учитель и отец, свыше от Бога поставленный для всех повсюду находящихся христиан, судия вселенной, имеющий права Бога" (Богословск. Вестн., июль 1901, стр. 380) [1].

Христианство все и всегда было пирамидально, иерархично, вилось к одной главе а не ко многим; внизу стоящим овцам казалось временами, что как они в кучке, так кучкообразно и христианство. Но над ними или вдали от них, иногда в узах, но всегда с надеждою освободиться, всегда тоял «Пастырь», который помнил брошенную милоть. Он есть в Калуге над малою братью, в Москве — над большею, в Цареграде еще над большею. Но удался он только в Риме, куда был «поведен в духе». Петр и умер там, и победил Колизей и императоров и основал царство «не от мира сего». Его и ненавидели — то особенно сильно другие неудавшиеся «пастыри», за то собственно, что им достались только маленькие колоколенки, а не главный собор, и они тем же духом «я» руководимые ричат: «Маленькие», «мы в малости», «маленьких возлюбил Христос» «не в Риме папа», а мы все «папы... над этими невежественными сельскими попами»...

...Но где же истина? Кто знает ее, мы ли равные в безглавии, они ли, пирамидальные? Начало авторитета... «За кого Меня принимают люди?» спросил однажды Иисус учеников. Они сказали, что «одни—за Илию, другие — за Иоанна».— «А вы за кого принимаете?» — «Ты — Сын Божий», воскликнул опять ревнивый Петр. Иисус ответил «Блажен ты Симон, сын Ионин, И я говорю тебе : ты Петр, и на сем камне созижду церковь Мою, и врата ада не одолеют ее. И дам тебе ключи царства небесного, и что свяжешь на земле, то будет связано на небесах». Евангелие и Христианство не в добродетелях состоят, которые все «приложатся», по единственно на фундаменте этого восклицания Петра и, веры Петра...

В. B. Розанов.
Статья «Небесиое и земное» (Новое Время, 11 декабря 1901).

[1]. И полный титул Антиохийского патриарха следующий: «Григорий, блаженнейший, божественнейший, святейший патриарх великого града Божия Антиохии, Сирии,Аравии, Киликии, Иверии, Месопотамии и всего Востока, отец отцов, пастырь пастырей, архиереи архиерев, тринадцатый из апостолов, наш отец и пастыреначальник" (замеч. Редакции).